Дивное Дивеево

ПРОТОИЕРЕЙ НИКОЛАЙ ГУРЬЯНОВ О АРХИМАНДРИТЕ ПАВЛЕ ГРУЗДЕВЕ.

Отец Николай поразил меня своим серьезным отношением к святыне. Я-то скуфейку отца Павла (Груздева) носил два года, не снимая, потому что недосуг было купить другую: хорошо подошла, носил и носил. А ботинки с сапогами Толя привез и говорит: сам или кто-то из братьев поносит (слава Богу, хватило других сапог, чтобы оставить эти целы!). Так и кофточку отца Павла я надел, когда к отцу Николаю поехал, не потому только, что для меня это была святыня, а потому еще, что она теплая и ничего другого не нашлось одеть в тот момент.

Когда я приехал к отцу Николаю, он снял с меня скуфейку, надел на себя и говорит:

— Вот хорошая скуфеечка-то, потому что простая. В такой и ходи.

А перед этим мне пытались подарить скуфейку, отороченную хорошим мехом, но я от нее отказался: за такую скуфеечку отвечать придется. Ну, и сказал отцу Николаю, что вот кофточка-то тоже отца Павла.

И отец Николай без того юродства, которому мы бываем подвержены, когда говорим о чем-то святом, а показывая, насколько для него это важно, сказал:

— Батюшка, благословите приложиться.

Взял кофту, которая была на мне надета, и приложился к ее краю как к святыне. Для меня это было уроком, чтобы мы посерьезнее относились ко всему, что освящено молитвой, с благоговением, чтобы не юродствовали. Тем более, отец Павел не раз говорил: «Сейчас юродивых нет, сейчас одни полудурки». Два слова, но на место ставят. Отец Николай не встречался с отцом Павлом, но говорил о нем как о человеке великого духа и святой жизни.

Из воспоминаний игумена Иоанна (Титова).