Дивное Дивеево

47. Не говори в сердце своем: невозможно мне прочее стяжать чистоту девства, после того, как я столько раз растлевал себя и подпадал неистовству тела. Ибо где приложены будут болезни и труды покаяния с злостраданием и теплотою душевной, и источатся реки слез умиления: там все твердыни греха разрушаются, всякий огнь страстей угасает, и совершается новое свыше рождение наитием Духа Утешителя; – и душа опять делается палатою чистоты и девства, в которую преестественный Бог, нисшедший во свете и радовании неизреченном, и как на престоле славы восседши на высоте ума ее, дает мир сущим в ней силам, так говоря: «мир вам от борющих вас страстей, мир мой даю вам для естественного вам действования, мир мой оставляю вам для достижения преестественного совершенства». Исцелив таким образом тройственностью дарования мира троечастность души и к троичному возведши ее совершенству и с Самим Собою соединивши, всю уже делает ее Богом девственной, всю доброю, всю прекрасной, намастив ее благоуханием мνра чистоты, и говорит ей: «восстани, приде ближняя Моя, добрая Моя, голубице Моя», в деятельном любомудрии. «Яко се зима» страстей «прейде, дождь» сластолюбивых помыслов «отыде, отыде себе, цвети» добродетелей с благоуханием помышлений «явишася на земли» сердца твоего. «Восстани, приде» ко Мне в разумном ведении естества, «приди ты, голубице моя» сама о себе, в покров и мрак таинственного Богословия и веры, сего твердого во Мне Боге камня» (Пес. пес. 2, 10–14).

Преподобный Никита Стифат