Дивное Дивеево

Человек состоит из тела и души (есть еще и дух, который стремится к Богу). Тело смертно, а душа бессмертна. Как-то привыкли мы к этому, привыкли так сильно, что редко спрашиваем себя, а что же, собственно, это бессмертие означает? С другой стороны, мы крайне редко ставим вопрос о том, почему мы, люди, бессмертны. Потому, что мы сотворены Богом? Да.

Бессмертие – это дар человеку от Бога. Но наш праотец Адам этим даром воспользоваться не сумел… и обрек не только своих потомков, но и всю тварь (все творение) на вечные муки: «Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне; и не только [она], но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего» (Рим.8:19-23). Когда-то блаженный Августин сказал, что человек был создан Богом для Себя (для Бога) и потому наше сердце не может успокоиться до тех пор, пока оно не наполнится Богом. Грехопадение Адама – это трагедия всего человеческого рода, ибо потеряв связь с Богом, потеряв ту самую возможность Богообщения в полноте даров Святого Духа, мы потеряли смысл не просто своей жизни, мы потеряли смысл своего существования. В чем разница между тем и другим? А в том, что человек может видеть смысл жизни в чем угодно – в служении своим детям, государству, идеологии, и т.д. Но есть один крайне неприятный момент, который разрушает разумность таковых жизненных предпочтений – смерть. Смерть ставит вопрос уже не только о жизни, но и о существовании. Мы существуем или только живем? Спрошу по-другому: жизнь – это только биология или же еще и онтология (от греческого «онтос» – бытие)? Существовать можно только ради Бога, то есть ради Того, Кто может победить смерть. Тогда и жизнь будет иметь смысл… Святые отцы ставят вопрос о бессмертии несколько под иным углом: является ли бессмертие естественным состоянием человека, обусловлено ли оно, и появилось ли оно сразу с появлением самого человека? Какими мы сотворены: смертными или бессмертными?

Возможно, что ответ на этот вопрос для многих из нас покажется неожиданным, но, тем не менее, звучит он так: «Кто-нибудь спросит нас: смертным ли по природе сотворен человек? Нет. Значит, – бессмертным? Не скажем и этого. Но скажет кто-нибудь: итак, он сотворен ни тем, ни другим? И этого не скажем. Он сотворен по природе ни смертным, ни бессмертным. Ибо если бы Бог сотворил его вначале бессмертным, то сделал бы его Богом; если же наоборот, сотворил бы его смертным, то Сам оказался бы виновником его смерти. Итак, Он сотворил его ни смертным и ни безсмертным, но, как сказали выше, способным к тому и другому, чтобы, если устремится он к тому, что ведет к бессмертию, исполняя заповедь Божию, получил от Него в награду за это бессмертие, и сделался бы Богом; если же уклонится к делам смерти, не повинуясь Богу, сам был бы виновником своей смерти. Ибо Бог создал человека свободным и самовластным. Итак, что человек навлек на себя своим нерадением и непослушанием, то Бог ныне прощает ему по Своему человеколюбию и милосердию, если человек Ему повинуется. Как непослушанием человек навлек на себя смерть, так повиновением воле Божией желающий может доставить себе вечную жизнь. Ибо Бог дал нам закон и святые заповеди, исполняя которые всякий может спастись и, достигнув воскресения, наследовать нетление» (Святитель Феофил Антиохийский). Особенно хочется подчеркнуть, что последние слова о воскресении касаются каждого, живущего на земле. Спасемся мы не все, но воскреснем все. Почему? Потому что воскрес Христос! Таким образом, когда нас спрашивают, на чем основано учение Православной Церкви о бессмертии души, мы можем ответить словами прот. проф. Иоанна Романидиса: «На Воскресении Христовом». Златоуст отмечает, что «Смерть Господа даровала нам бессмертие; сойдя в ад, Он сокрушил его силы и разрушил его могущество». Мы бессмертны, потому что воскрес Господь. Сейчас, наверное, не время разбирать языческие представления о бессмертии, или копаться во взглядах Оригена и его последователей. Нужно просто понять, что они не имеют ничего общего с христианским вероучением. Для нас Воскресение – средоточие нашей веры и, в конечном итоге, центр всей нашей жизни.

Именно поэтому, рассматривая феномен Воскресения, святые отцы всегда обращались к его сотериологическому («сотериология» – наука о спасении) аспекту. Так, преподобный авва Исаак Сирин говорит: «Воскресение сделалось жизнью и исцелением от страстей для верующих в Него, чтобы они жили в Боге и приносили плоды правды». Здесь мы видим, что святой отмечает не просто величие Пасхального События, а рассматривает его, в первую очередь, в подвижническом ракурсе – воскресение исцеляет человека от страстей. Вообще, святые отцы довольно часто акцентируют свое внимание именно на этом, на роли воскресения в борьбе с грехом. Понимая, что грех разрушает человеческое естество, отделяет и отдаляет человека от Бога, они подчеркивали, что победить грех только своими силами человек не сможет. Господь не остался безучастным к нашей боли, которая появилась вследствие грехопадения, не отвернулся от нас и тогда, когда мы отвернулись от Него, но став одним из нас, уничтожил власть смерти, греха и диавола над родом человеческим: «Господь Своим пришествием воскресил нас, умерших от грехов, и оживотворил, разрушив двоякую смерть: смерть от грехов и смерть плоти» (святитель Иоанн Златоуст).

Заметьте: для того, чтобы уничтожить смерть в нас, Господь умирает Сам! Святитель Иоанн Златоуст говорит об этом так: «Он был пригвожден ко кресту, подвергался плеваниям и заушениям, Его били по щеке и издевались над ним... И все это Он претерпел для тебя, ради заботы о тебе, чтобы уничтожить тиранию греха, чтобы разрушить твердыню диавола, попрать узы смерти, открыть нам врата Неба, освободить от тяготевшего на тебе проклятия, отменить первородное осуждение, научить терпению и воспитать в нем, чтобы ничто не огорчало тебя в настоящей жизни, – ни оскорбления, ни обиды, ни позор, ни бичи, ни нарекания врагов, ни невзгоды, ни нападения, ни клевета, ни злые подозрения и ничто другое». А святитель Симеон Новый Богослов ставит греховность и неверие (или маловерие) в прямую зависимость от веры в Воскресение! Читаем: «Воплотившийся Бог принял смерть ради греха и именно ради того, чтобы благодатью Его могли больше не грешить те, которые верой приемлют Христа как Господа, закланного, умершего и воскресшего в третий день из гроба, чтобы избавить их от греха. Отсюда очевидно, что те, которые грешат, еще не приняли Его, хотя и мнят, что приняли Его. Ибо если бы они приняли Его, то Он даровал бы им, как говорит Иоанн Богослов, «власть быть чадами Божиими» (Ин. 1, 12), которые не могут грешить».

Христос воскресает не для Себя, а для каждого из нас. У святителя Григория Богослова можно найти такую мысль: «В этот Великий день Христос призван из мертвецов, которым уподобился. В этот день Он отразил жало смерти, сокрушил мрачные затворы ада, даровал свободу душам. В этот день, восстав от гроба, Он явился людям, для которых родился, умер и пробужден из мертвых, чтобы мы, возрожденные и избежавшие смерти, воскресли с Ним, воскресшим».

Особенно важно и то, что многие святые отцы рассматривали воскресение не только в контексте Страшного Суда, но и в контексте земной жизни. Что это означает? А то, что если сейчас наша душа не сможет победить узы греха и воскреснуть от страстей, то тем более не произойдет этого после Второго Пришествия. Все то, что описано в Евангелии, должно в символическом смысле произойти с каждым из нас. Христос, таким образом, указывает нам путь, минуя который, в Царствие Небесное попасть невозможно. И если к мысли о необходимости крестоношения и личном восшествии на Голгофу мы кое-как привыкли, то Воскресение как необходимейшее условие нашего спасения, мы, почему-то, из своего внимания упускаем. Этот недостаток нашего восприятия Спасительной Миссии Христа очень странный, особенно в свете той важности Воскресения, которая подчеркивается подвижниками нашей Церкви. Чтобы не быть голословным, позволю привести себе еще одну довольно обширную цитату из творений святителя Симеона Нового Богослова: «Славное Воскресение Христово есть собственное наше воскресение, которое мысленно совершается и проявляется в нас, умерщвленных грехом, через Воскресение Христово, как гласит и песнь церковная, которую мы часто поем: «Воскресение Христово (в себе самих) видевше, поклонимся Святому Господу Иисусу, единому безгрешному». Христос безгрешен и никогда не изменялся в славе Своей. Препрославленный, будучи выше всякого начала, власти и силы, как умалился и умер ради нас, так и воскрес и прославился ради нас, чтобы сбывшееся в Его лице воспроизводить потом в нас и тем спасать нас. Как тогда Он сам, «исшед вне Иерусалима», пострадал, взойдя на крест, и пригвоздив на нем вместе с собою грехи всего мира, умер, сошел в преисподние страны ада, потом опять поднялся из ада, взошел в пречистое тело Свое и тотчас воскрес из мертвых, а затем вознесся на небеса со славою и силою многою, и воссел одесную Бога и Отца; так теперь, когда мы исходим в сердце из мира сего и с исповеданием страданий Господа входим в гроб покаяния и смирения, тогда сам Христос сходит с небес, входит в нас, как во гроб, соединяется с душами нашими и воскрешает их, явно в смерти пребывающих. Воскресение души – это соединение ее с жизнью, которая есть Христос. Как тело мертвое, если не воспримет в себя души и не сольется с нею неким образом неслиянно, не бывает и не именуется живым и жить не может, так и душа не может жить сама по себе, если не соединится неизреченным соединением и не сочетается неслиянно с Богом, который воистину есть Жизнь Вечная. И тогда только, как соединится она с Богом и, таким образом, воскреснет силою Христовой, удостоится она узреть мысленно и таинственно-домостроительное Воскресение Христово. Почему и поем: «Бог Господь, и явися нам, благословен Грядый во имя Господне»…

Кто же еще не воспринял и не увидел воскресения души своей, тот еще мертв и не может поклоняться достодолжно Господу Иисусу вместе с увидевшими Воскресение Христово, как говорит апостол: «никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым» (1 Кор. 12, 3), – и в другом месте говорится: «Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4, 24), – то есть силою Духа Святого и единородного Сына, который есть истина. Мертв он, ибо не имеет в душе своей Бога, «животворящего всяческая», и не сподобился благодати исполнения и над ним изреченного Господом обетования: Я и Отец Духом Святым придем к тому, кто любит Меня и заповеди Мои соблюдает, «и обитель у него сотворим» (Ин. 14, 23). Христос приходит, и пришествием Своим воскрешает мертвую душу, и дает ей жизнь, и дарует благодать видеть, как Он Сам воскресает в ней и ее воскрешает. Таков закон новой жизни о Христе Иисусе, что Христос Господь благодатью Святого Духа приходит к нам и воскрешает умерщвленные души наши, и дает нам жизнь, и дарует очи видеть Его Самого, бессмертного и нетленного, живущим в нас. Прежде же, чем душа соединится с Богом, прежде чем узрит, познает и восчувствует, что воистину соединена с Ним, – она бывает совсем мертва, слепа, бесчувственна… Претерпевает она это от маловерия и безверия. Если бы верила, что есть суд и мука вечная, не стала бы в суете растрачивать жизнь свою, но бросила бы все и начала творить свое спасение, и начав, дошла бы до оживления и воскресения своего».

Нам, людям, живущим в бешеном ритме современного мира, бывает очень трудно принять истину о Воскресении как основополагающий фактор нашей веры во Христа. Апостол Павел, подчеркивая значение этого события, утверждал, что если Христос не воскрес, то проповедь тщетна и вера тщетна. Вся мировая история неумолимо движется навстречу воскресению. Это важно: не к смерти стремится материя, а к жизни. Здесь нарушаются законы только человеческого разума, законы, построенные на греховном, страстном восприятии действительности. Ибо чем является воскресение? Воссоединением с Богом. Но, так как после грехопадения потребовалось искупление, то воскресение теперь – восстановление Богообщения, сотворение нового человека, способного вместить в себя благодатное дыхание Божественных энергий. Мы можем разделить время существования материи на два периода – от начала до Воскресения Христа и от Его воскересения до воскресения всех во время Его Второго Пришествия. И если между грехопадением и восстанием из мертвых Христа прошло пять тысяч лет, то срок от Христового Воскресения и нашего пробуждения на Страшный Суд намного короче – всего лишь одна человеческая жизнь. Особо следует еще раз подчеркнуть, что Воскресение Христа как ФАКТ нашей ВЕРЫ уже есть, и без этого факта наша вера НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНА. Что это означает? То, что многие соглашаются с тем, что две тысячи лет назад в Галлилее жил Христос, принимают Его заповеди как руководящие принципы жизни – но если при этом они не принимают Воскресения, христианами их назвать нельзя. При этом следует помнить, что «принятие» означает не только согласие, а означает, в первую очередь, внутреннее преображение в соответствии с тем, что принял. На это, кстати, указывает Таинство Святого Крещения: мы трижды погружаемся в воду и трижды восстаем потому, что этим самым мы соумираем со Христом и совоскресаем с Ним. Вся наша последующая жизнь должна стать подтверждением этого священнодействия. Мы же никак не можем этого понять. Говоря о вере, мы говорим о чем угодно, но не о Христе. Говоря о Церкви, мы имеем ввиду многое, но не Христа. Говоря о спасении, мы надеемся на свои силы и подвиги, а не на Христа. Из уст верующих людей можно услышать о борьбе со страстями, об исповеди и покаянии, о подвигах, бдениях, постах, антихристе – и очень редко о Христе. Это все надо полезно и необходимо – но все же Христос спасает нас. Возможно тогда, когда наши души воскреснут от греховной смерти, мы не сможем говорить ни о чем ином, кроме Господа. А пока давайте хотя бы учиться благодарить Его за то, что Он сделал для нас!

P.S. Если еще раз вернуться к тому, что история стремится к воскресению, и через это утверждение взглянуть на человека, то можно сказать, что и наша жизнь – путь навстречу Воскресению. Начинаясь с него в святой купели, она заканчивается ним же перед Престолом Божиим. Стоит ли тратить ее на вещи менее значительные?