Портал "Дивное Дивеево"

Страничка монастыря расположена здесь - www.4udel.nne.ru

Помяни, Человеколюбче Господи, души отшедших рабов Твоих младенцев, кои во утробе православных матерей умерли нечаянно от неведомых действий, или от трудного рождения, или от некоей неосторожности, ...
На главную Новости Про бомжа Василька
Про бомжа Василька
19/03/2017 13:22:59

Живёт в одном маленьком городке бомж по имени Василек. На самом деле его зовут Василий, а Васильком его прозвали лет 15 назад за одноимённый цвет лица по причине постоянного пьянства.

Последний раз я видела его прошлым летом у магазина. Он был уже не васильковый, а фиолетовый, весь опухший и больной, и удивительно, что вообще ещё живой. Я попыталась с ним поздороваться, ведь мы были раньше знакомы, но он не узнал меня. Только бессмысленно и как-то сквозь меня посмотрел своими мутными, заплывшими глазами. И страшно закашлялся – так что на губах выступила кровь. Было ясно, что осталось жить ему совсем немного. А когда-то давно Василёк побирался у местного храма. Там мы часто и виделись. Вел он себя тихо, прилично. В благодарность за милостыню говорил: «Спаси, Господи!» и умело крестился, хотя в церковь не заходил ни разу. Был он к тому же единственным на тот момент бомжом в городке.

Поэтому его никто не гонял, и подавали, по провинциальным меркам, немало. Хотя и знали сердобольные прихожане, что врет Василек, когда утверждает, что собирает исключительно на пропитание и лечение. На лечение (у него уже тогда было что-то с легкими) ему уже раза три давал денег местный настоятель отец Евгений. И собственноручно сажал на электричку до ближайшей нормальной больницы. Василек же, как рассказывали очевидцы, сходил на следующей станции и топал в магазин за спиртным. А потом со слезами на глазах опять являлся на паперти. Но его все равно жалели. Кормили и продолжали подавать. И люди, и батюшка. Последний выгонял его из притвора только тогда, когда бомжик приходил вдрызг пьяным. «Это храм Божий, имей благоговение!», – говорил он строго. В общем, все к Васильку как-то привыкли, и он был «неотъемлемым атрибутом» того маленького прихода.

Но был у бездомного пьянчужки в том храме злейший враг. Просфорница Варвара Васильевна. Рассказывали, что в своё время она была жутко идейной коммунисткой. Даже когда времена изменились, она долго оставалась верна заветам Ильича, и на заднем стекле ее стареньких жигулей, которые остались от покойного мужа, тоже идейного коммуниста, красовался лозунг «Слава КПСС!». В зрелом уже возрасте она получила права и на зависть другим старушкам ездила на этой машине в магазин и на рынок. Но однажды Варвара Васильевна чуть не попала на своих «идеологических» жигулях под электричку – замечталась на переезде. Очнулась она от оглушительного гудка и в последнюю секунду чудом успела проскочить. Это настолько ее напугало, что она резко перешла из коммунистических рядов в ряды православные. И «Слава КПСС!» на ее авто сменилось надписью тем же шрифтом: «Слава Богу!».

Прихожанкой она стала самозабвенной. Правда, духовная жизнь покорялась ей с трудом. Храмовые шутники язвили, что и в церкви Варвара Васильевна своих партийных наклонностей оставить не смогла и, как и раньше, зорко следила за всеобщей моралью-нравственностью и чтобы «всё было как положено». Нет, она никому не грубила. Но если ей казалось, что кто-то ведёт себя недостаточно благоговейно или, упаси Бог, не должным образом одет, Варвара Васильевна неслышно подкрадывалась и елейно-железным голоском бывалого сексота шипела: «А плечики нужно бы прикрыть… Спаси Вас, Господи!». И человек сразу понимал, что, действительно, лучше прикрыть. А то, не ровен час, «спасёшься», не сходя с места…

Справедливости ради стоит заметить, что к себе Варвара Васильевна была строга не менее, чем к другим. Да и вообще, была женщиной хорошей и в храме безотказной и незаменимой. И просфоры у неё получались – чудо. Но Василек был у Варвары Васильевны прямо таки бельмом в глазу. И имела она на него вполне законный зуб. Не могла благочестивая просфорница забыть ему ботинок, которые ей от того же покойного мужа достались. Хорошие, импортные, которые чудом когда-то завезли в их глушь и за которыми в давние советские времена пришлось отстоять длинную очередь. Супруг их очень берег и надевал лишь в особенных случаях. После его смерти они были как новенькие и долго ещё у неё хранились.

Василек появился на храмовой паперти примерно в одно время с началом бурного воцерковления Варвары Васильевны. О его неуёмной тяге к спиртному мало кто тогда знал. В общем, сидел он в притворе и слезно просил на одежду и пропитание. «Помогите, люди добрые, подайте хоть мелочь, смотрите, в чем хожу», – жалобно гнусавил он и показывал на свои вонючие дырявые кеды, из которых торчали пальцы. Посмотрела Варвара Васильевна на Василька, послушала, вспомнила слова Спасителя: «Был наг и вы одели Меня…» – и помчалась домой за мужниными ботинками. Вручила их бомжу и с радостным чувством выполненного христианского долга пошла молиться в храм. А через пару дней отправилась на рынок за продуктами. Проходя мимо прилавка, где располагался местный секонд-хенд, увидела она эти ботинки. Стоят на самом видном месте – продаются.– Откуда они у вас? – возмущённо спросила она у продавца.– Да пьянчужка один принёс, уговорил взять.

Трубы горели. Купила Варвара Васильевна свои же ботинки. Не хотела, чтобы чужим людям достались, раз уж из-за Васильковой подлости не получилось у неё «одеть Христа». И долго потом кричала на бомжа у храма. Даже обзывалась неблагочестиво. А он все отнекивался, врал, что украли. В общем, после этих ботинок и невзлюбила она его всем сердцем. Не давала ни копейки. И в свои особо религиозно-вдохновенные дни, наклонялась ему к уху и угрожающе шипела: «Слышишь, Василек, не обманывайся: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют… Слышишь – НИ ПЬЯНИЦЫ!!!»

Бомж лишь обреченно вздыхал и разводил руками, мол, не судьба мне, да… Шло время. Варвара Васильевна пекла в храме просфоры и, как и раньше, ругалась на Василька. А он так же побирался и пил. И тихо обзывал ее вслед ведьмой. Но однажды перед службой прибежала она к отцу Евгению вся в слезах. Потом, после проповеди, батюшка попросил народ не расходиться и помочь, кто чем может, Варваре Васильевне. Оказалось, что пока она ездила к врачу в соседний город, у неё в квартире случился пожар. Хорошо, хоть документы с собой были. Жить ей было негде, и временный кров просфорнице решил предоставить сам отец Евгений, хотя и ютился с многодетной семьей в малогабаритной «двушке». Кто-то пообещал собрать необходимые вещи. Местные рукастые мужички вызвались сделать ремонт. Но вот на материалы и всё необходимое денег у погорелицы не было.

Стали скидываться – кто сколько может. Приходские бабушки клали на поднос свои жалкие пенсионные копеечки. Люди позажиточней – купюры посерьезней. Варвара Васильевна смотрела на всё это и лишь вытирала рукавом слезы.Вдруг все замерли… У двери покашливал и переминался с ноги на ногу Василек. Он смотрел то на батюшку, то на свою вонючую и грязную одежду, то на всех этих людей… И как будто не решался войти… Как тот мытарь. «Ты что, Василий? – спросил его батюшка. – Ну, заходи». Бомжик вздохнул, дрожащей рукой перекрестился. Не так лихо и картинно, как раньше, когда клянчил на паперти, а как-то робко и по-настоящему. И шагнул внутрь…

Прихожане молча расступились. Василек прошаркал подносу и высыпал всё, что было его кружке, – всё, что насобирал за этот день. Потом бомж и пропойца поднял глаза на Варвару Васильевну, и они несколько секунд смотрели друг на друга. Она – с растерянностью и удивлением. А он… Он – с человеческим сочувствием. И какой-то своей болью. И мне даже показалось тогда – любовью. Потом молча опустил голову и поплёлся к выходу. А Варвара Васильевна все так же растерянно смотрела ему вслед. Вдруг в этой тишине кто-то громко, по-детски всхлипнул. Все обернулись. Это был Мишка Кривой. В прошлом местный бандюган, потерявший когда-то во время «разборок» один глаз, а ныне респектабельный владелец нескольких магазинов. Но местные жители его так и звали по привычке – Кривым. Оставшимся здоровым глазом он прекрасно считал деньги и был человеком весьма обеспеченным. Но прижимистым. И появляясь в последнее время в храме, в особо щедрых пожертвованиях замечен не был.

Он и сейчас, когда отец Евгений объявил сбор средств для Варвары Васильевны, собирался слинять. Но увидев, что сделал Василек, не удержался, издал тот самый растроганный «всхлип» и с громким: «Эхххх!» (мне даже показалось, что он добавит: «Гулять, так гулять!») – кинул на поднос толстую пачку банкнот. И вслед за бомжом вышел из храма.
Что было потом? Да ничего особенного. Варваре Васильевне сделали ремонт. И она опять зажила в своей квартире. И так же печёт просфоры. Изменилась она? Не знаю. Но к Васильку больше не придиралась и на ухо ничего не шипела. И в благодарность купила ему новые ботинки – те, мужнины, сгорели. А иногда даже приносила ему пирожки. Но денег не давала – всё равно пропьёт. А Василек всё так же побирался у храма и пил. Но ботинки эти надел и, сколько я его видела, не снимал. А потом, говорят, вообще перестал появляться…

В общем, жизнь текла своим чередом, и о том случае все скоро забыли…Прошло много лет, я давно уехала из того городка и бывала там только наездами. И прошлым летом впервые за много лет увидела Василька у того магазина…– Отец Евгений, а помните, как Василек высыпал всю свою мелочь Варваре Васильевне? – спросила я батюшку через пару дней. – Кстати, я его видела. Он совсем плох.– Да, плох… Спился совсем. Жалко. А знаешь, почему он тогда это сделал? – Почему? – Так он сам погорелец.

Василий же не всегда был таким – бомжом и пьяницей. Жил в селе. Был у него и дом, и хозяйство. Жена была, но умерла. Дочь взрослая. Только замуж вышла. Но сгорел у него дом. Пошёл он к дочери, а та: «Извини, папаша! Самим места мало». Вот и запил он с горя. И бомжевать стал. К нам в городок потом пришёл… Всем казалось, что всё он пропил: и мозги, и человеческий облик, – но сердце, оказывается, не пропил. Хоть и гоняла его Варвара Васильевна, отозвалось оно на ее беду, такую же, как он пережил. И это хорошо, что люди хорошие рядом с ней были, помогли… А ведь могла и она стать, не дай Бог, Варькой-бомжихой. Василек это знал… Отец Евгений помолчал… – Да…. Спился он совсем, – заговорил он опять, – Опустился… Но знаешь, что я думаю. Не забудет ему Господь той кружки мелочи. Ей он и спасётся. Верю, что спасётся! И посмотрев на икону, батюшка перекрестился.

автор: Ксения Пронина

 
Комментарии
Всего комментариев: 9
2017/05/28, 12:12:27
Трогательно и поучительно. Какие испытания нам предстоит пройти один Господь знает. Дай же нам, Господи, всё принять, понять и пережить , не оставь нас, Господи, в трудный час, пошли людей для утешения и поддержки!!!
Лидия
2017/03/24, 05:05:42
Господи. как страшно. Господи, дай всё пережить. Господи , прости меня грешную. Господи , спаси, сохрани и помилуй.
раба Божия Татьяна
2017/03/22, 10:17:18
Только Господь знает,кто будет спасен.
Раб Божий
2017/03/22, 07:04:48
Господи помоги нам скорее с кредитами рассчитаться
и мы бы также смогли помочь кого Бог пошлет
Lyudmila Toll
2017/03/21, 22:02:41
Слава Тебе Боже.
андрей
2017/03/21, 13:56:46
Спаси, Господи, и помилуй...
р.Б. Валентина
2017/03/20, 20:08:58
Всё люди спасутся за свои добродетели......
Игорь
2017/03/20, 13:58:06
Спаси Господи! Велики дела Твои!!!
Василий
2017/03/20, 09:43:29
Очень хороший рассказ. Поучительный...
Евгений
Добавить комментарий:
Имя:
* Сообщение [ T ]:
 
   * Перепишите цифры с картинки
 
Подписка на новости и обновления
* Ваше имя:
* Ваш email:
Просьба о помощи
© Vinchi Group
1998-2019


Оформление и
программирование
Ильи
Бог Есть Любовь и только Любовь

Страница сформирована за 0.10891199111938 сек.